Две эпохи

Приведу устное свидетельство очевидца, пережившего две эпохи человеческих взаимоотношений с миром, построенных на принципиально разных позициях:

- Мы жили в деревне на земле помещика. Господа, конечно, везде были разные, но у нас был хороший барин. Что я могу рассказать о том времени? Мы шли на работу – пели песни, работали – тоже пели, с работы возвращались – пели. Вечерами на посиделках, на гулянках, по праздникам – всегда пели. А когда прошла революция – петь перестали, и больше уже никогда в жизни я не слышала, чтобы люди где-нибудь так пели…

М. Печерский в своем произведении «В лесах» писал: «…Сначала русскую деревню было слышно, и только потом – видно…»

Цитирую отрывок из книги Георгия Свиридова «Музыка как судьба»:

«…Занимаясь сбором песен для кинофильма «10 дней, которые потрясли мир» я выяснил достоверно, что Революция (не только октября 1917 года) и все революционное движение на протяжении десятков лет не создали ни одной своей песни. Все песни Революции – это немецкие, французские (Варшавянка, Интернационал), польские и т.д. песни.

Ни одной песни Русской: «Беснуйтесь, тираны», «смело товарищи в ногу», «Красное знамя», Марсельезы разных родов. Ни одной своей ноты и, кажется, ни одного русского слова.

Это не только удивительно. Россия и Революция оказались духовно несовместимы. А сама Революция, по выражению Блока – оказалась совершенно «немузыкальным явлением».

Тексты песен принадлежат большей частью Еврейским авторам. Родоначальником этой поэзии в России оказался Надсон с его нытьем и абсолютным отсутствием поэтического видения мира.